Невозможно отрицать, что Иосиф Сталин был мощным и масштабным правителем, мыслящим стратегически. На дворе конец 43-го. В январе под Сталинградом уже сгинула армия Паулюса (туда ей и дорога). Летом масштабно разгромили немцев под Курском, но еще блокирован Ленинград, фашисты стояли в Белоруссии, Прибалтике, Украине.
Предпосылки реформы
Нарком Арсений Зверев отвечал за финансы СССР с 1938 по 1960 годы. И вот в середине ВОВ у него на даче зазвонил телефон. Он только вернулся вечером из Казахстана, лег спать, в пять утра звонок. На проводе Сталин. И это не издевательство. Восьмичасового сна никто не требовал, а если бы попробовал, то реализовывал бы его уже на лесоповале. Время такое было. Война. Вкалывала вся страна без передышки.
Иосиф Виссарионович поинтересовался у Зверева его мыслями по поводу поствоенной денежной реформы. Оказалось, нарком уже размышлял по этому поводу. Еще раз напомним, что на дворе только 1943-й. Идут бои. Но Арсений Григорьевич на то и был министром и гениальным финансистом, что, как и Сталин, уже тогда задумывался, что будет делать после ВОВ.
Они разговаривали час, и в процессе обмена мнениями Зверев понял, что вождь не впервые думает о реформе. В чем была суть? Какие бы усилия не предпринимало сталинское правительство и наркомат финансов, объективно война внесла существенные негативные коррективы в экономику и денежное обращение страны. Изменились сами базовые принципы народного хозяйства и распределения товаров, была введена карточная система снабжения.
Кстати, не только у нас. В Великобритании тоже были карточки. Несмотря на отсутствие боевых действий на территории англичан, в их экономике был полнейший раздрай, в частности, связанный с тем, что их экономическая система была сильно завязана на товарооборот с континентальной Европой. А там кругом нацисты, которые только и ждут продукцию с туманного Альбиона, ага. Если у англичан были ощутимые сложности, то представьте, что творилось в СССР.
При этом денежное обращение в войну никто не отменял. Однако перекос в экономике налицо – значительная часть товаров поступает на фронт. Максимальный фокус на производство продукции военного назначения. Населению некуда особо тратить заработанное – купить нечего. И деньги либо залеживаются, либо перемещаются в карман спекулянтов, которых развелось, конечно, много. Ведь была разрешена коммерческая торговля.
Но и у спекулянтов проблема – в магазинах-то пусто. Приобрести что-то полезное они не могут, поэтому до поры до времени складируют деньги в кубышку. Средства в оборот не попадают, не доходят до казны, то есть нарушается их нормальное обращение. А зарплаты надо было платить, как и пособия с субсидиями. В том числе и с этим была связана эмиссия, то есть функционирование печатного станка в войну.
Просто не хватало наличности в экономике.
И вот на горизонте уже возникает зарево грядущей победы. Через какое-то время боевые действия завершатся. Что делать-то? У небольшой части населения недвижимым грузом лежат существенные суммы. Исправить дисбаланс можно значительным повышением цен – раз в пятнадцать или двадцать, но это снова потребует запуска станка Госбанка и спровоцирует инфляцию, обесценение рубля и кризис в экономике. А можно провести реформу.
Политика – отражение экономики. СССР не капитулировал перед Гитлером и был полон решимости не капитулировать перед США, стремительно наращивающими свое влияние в мире. Вроде бы вначале все шло хорошо. Сталин еще со времени совещания в Ялте имел взаимопонимание с Рузвельтом о послевоенном переустройстве мира, в том числе и о международной финансовой системе.
В 44-м проводится Бреттон-Вудский форум, в ходе которого цена золота жестко фиксируется в долларах, устанавливаются курсы обмена для дензнаков государств-участников относительно главной денежной единицы – доллара США. Звучит логично, поскольку Штаты на тот момент владеют крупнейшими в мире запасами золота – более 20000 тонн. Наша страна сначала вошла в Бреттон-Вудскую систему финансов, но так и не ратифицировала подписанные ее делегацией в Бреттон-Вудсе документы. Ведь США стали использовать этот механизм исключительно для утверждения своего господства в мире.
Деноминация и конфискация
Но вернемся к денежной реформе. Важно отметить, что это абсолютно нормальная практика в государстве после масштабных военных или политических кризисов. Понятно же, что такие встряски приводят к проблемам в экономике, так что надо приводить дела в порядок. Вспомним тот же нэп. В любом случае это тем или иным образом отражается на гражданах страны, разумеется, негативно.
Сталин дал несколько установок Звереву насчет реформы. Главное, нужно сделать все аккуратно и без огласки. Представьте, что случится, если в разгар войны пойдут слухи о грядущей реформе. Экономику будет не удержать. Сталин трижды повторил требование соблюдать полнейшую секретность. А ведь генсек даже второй раз редко кому-то что-то повторял, а тут трижды.
Зверев долгое время работал над реформой один. И это еще раз подчеркивает его масштаб в качестве профессионала. Умел вождь подбирать кадры, ничего не скажешь. Предстояло проработать массу деталей. Как выяснить, у каких групп населения оседают лишние финансы? Как и в какой пропорции вести обмен? В какие сроки? Что делать с военными облигациями на руках у населения? Каков формат новых банкнот? За какой срок напечатают новые дензнаки?
В конце 1944-го Зверев докладывает подробный план реформ на заседании политбюро партии. Вопрос был высочайшего уровня секретности – решения даже не документировались.
Работа двигалась
В 46-м над проектом работает девятнадцать человек, но про план масштабнейшего события в экономике страны в полном объеме знают лишь двое – Сталин и Зверев. И основной груз работы лежит на наркоме.
Чем ближе наступал день икс, тем сложнее было удержать грядущую реформу в тайне. И это касалось уже не Зверева. Легенда гласит: накануне начала обмена нарком запер свою жену в ванной и не выпускал ее сутки, чтобы она не проболталась подругам. Но информация о предстоящих событиях распространялась и по официальным каналам, и не все были настолько сознательными. Пошла молва.
С прилавков магазинов стали сметать все подряд, даже самый неликвид. Но реформе это не помешало. Зверев в мемуарах упоминает о серьезном наказании тех, кто в этом провинился. И поделом.
В декабре 47-го выпустили в оборот новые дензнаки. Был прекращен выпуск в обращение червонца, отменены карточки. В двухнедельный срок произведен обмен старых денег, за десять рублей давали рубль новыми. Вклады на сберкнижках были тоже переоценены, до 3000 руб. в пропорции один к одному. Если больше, то соотношения были хуже для клиентов, то есть часть денег государство фактически конфисковало.
Что еще было важно и являлось неотъемлемой составляющей плана реформы одновременно с деноминацией и изъятием из оборота лишней массы наличности, так это ежегодное снижение цен. Сейчас это кажется фантастикой, а в СССР после 47-го это стало правилом. Накопление товарных запасов позволило в марте 48-го провести установление единых розничных цен, массовое снижение которых проводилось ежегодно – вплоть до 1954-го.
Благодаря этому тот объем продукции, который в 47-м стоил 1000 рублей, через семь лет можно было приобрести за 430. В Союзе в 54 году магазинные цены на хлеб и сливочное масло были втрое ниже, на мясо – практически втрое, а на сахар в 2,3 раза ниже, чем в конце 47-го. За тот же период у американцев, англичан и французов данная продукция существенно подорожала.
Пострадали ли от реформы честные граждане, имевшие серьезные накопления? Да. Ведь в СССР даже среди колхозников, шахтеров и моряков встречались очень обеспеченные люди. Доказательством служат сбережения, которые они жертвовали на нужды фронта. Вспомним работника колхоза Ферапонта Головатого. Накоплений его семьи хватило на два истребителя. Заработать в стране вполне было возможно. Разумеется, такие же состоятельные трудяги потеряли часть средств.
Но поймите, провести реформу так, чтобы все остались довольны, в принципе невозможно. Высшее руководство государства не может принимать решения на уровне отдельного гражданина. Таковы объективные реалии. А без реформы двигаться дальше страна не могла. Не ликвидировав избыточную денежную массу, не смогли бы отказаться от карточек. Но компенсировался этот ущерб укреплением экономики, ростом производительности и регулярными снижениями цен.
Планы были грандиозные. Сталин и правительство уже размышляли о том, как после нескольких удешевлений товаров часть особо значимых из них вообще раздавать даром. Конечно, речь в первую очередь шла о хлебе. Причем не когда-то потом, а в горизонте десятка лет. Генсек бесплатный хлеб считал первым шагом к реальному коммунизму.
Итак, денежная реформа в целом оказалась успешной. Основная заслуга в этом принадлежит двум людям – Сталину и его наркому по финансам Звереву. Генсек умер через шесть лет, а Арсений Григорьевич продолжал трудиться в том же ранге (с 1948-го его должность переименовали в министерскую). Он ушел в отставку в 1960-м накануне хрущевской денежной реформы. Сталинский нарком, профессионал и патриот, он не пожелал принимать участие в том, что затевает новая власть. В 1969-м его не стало.