0 В пятницу мировые цены на нефть марки Brent опустились ниже психологической отметки в 100 долларов за баррель, потеряв более 3%. Это первое подобное снижение за несколько месяцев, и для России, чей бюджет сильно зависит от нефтегазовых доходов, оно может иметь серьёзные последствия.
Среди причин падения — планы Европы высвободить дополнительные объёмы нефти и дизеля из резервов. Администрация президента США Дональда Трампа потребовала от Германии и Франции задействовать чрезвычайные запасы солярки, пригрозив запретом на экспорт из США.
Дополнительное давление оказывает ситуация в Ормузском проливе. После обострения на Ближнем Востоке пролив был фактически закрыт для нормального судоходства, что ранее поднимало цены. Сейчас трафик восстанавливается: по данным Kpler, около половины перевозок в проливе идут на судах без транспондеров, что сдерживает рост котировок.
Российская нефть Urals в августе 2026 года стоила в среднем 67,11 доллара за баррель, что выше июльских 59,02 доллара. Дисконт к Brent сократился с 30% до 24%, однако такая динамика нестабильна и может измениться при ослаблении геополитической напряжённости.
Для акций российских нефтяных компаний устойчивого роста ждать не стоит. Даже при цене выше 100 долларов котировки не росли уверенно из-за геополитических рисков, включая возможное возвращение санкций и замедление мировой экономики.
Федеральный бюджет испытывает трудности: дефицит по итогам 2026 года может достичь 7,5–8 трлн рублей, что вдвое выше плана. Нефтегазовые доходы в августе составили 424 млрд рублей — на 16% меньше, чем годом ранее, несмотря на более высокие цены и курс доллара.
Для граждан последствия проявляются в ограниченных индексациях. В проекте бюджета на 2027 год заложена индексация зарплат бюджетников на 6,8%, а для врачей, учителей и соцработников с 1 октября — 8,3%. При этом индексацию зарплат госслужащим, военнослужащим и сотрудникам ОВД приостанавливают до 2027 года.
