0 В 2025 году более 63,4% внутренних затрат на исследования и разработки в России пришлось на средства государства. В абсолютном выражении это около 1,4 трлн рублей, или почти $46 млрд по паритету покупательной способности. Такие данные приводит Институт статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ на основе статистики Росстата.
Структура финансирования российской науки заметно отличается от большинства ведущих по объему затрат на ИР стран. Например, в Китае и Японии государство обеспечивает около 17% таких расходов, в США — 19%, в Южной Корее — 20,5%, в Германии — почти 30%. При этом в абсолютном выражении государственные вложения в исследования в США и Китае значительно превышают российские и составляют соответственно $194,5 млрд и $173 млрд. Россия по этому показателю занимает четвертое место после США, Китая и Германии.
В большинстве крупнейших научных экономик основную нагрузку по финансированию исследований берет на себя предпринимательский сектор. Его доля составляет почти 80% в КНР, около 79% — в Южной Корее, почти 78% — в Японии и около 69% — в США. Самая близкая к России структура наблюдается в Индии: там на государство приходится 59%, а на бизнес — около 41%.
В России предпринимательский сектор финансирует только треть внутренних затрат на исследования — 33,3%. В абсолютном выражении его расходы составляют $24 млрд по ППС. Для сравнения, в Китае бизнес направляет на ИР $817 млрд, в США — $693 млрд, в Японии — $181 млрд, в Южной Корее — $127 млрд. По объему финансирования исследований со стороны предпринимательского сектора Россия замыкает десятку рассматриваемых стран. Оставшиеся 3,2% затрат на исследования в России приходятся на прочие источники, включая средства организаций высшего образования, некоммерческих организаций и иностранное финансирование.
Высокие расходы на НИОКР частного бизнеса в США, Японии, КНР и Южной Корее — это их внутренняя потребность, связанная с конкуренцией, отмечает начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-траст» Олег Абелев. При этом обязательные взносы компаний в финансировании НИОКР в этих государствах, за исключением КНР, практически отсутствуют.
Китай активнее всех использует директивные методы контроля над корпоративной наукой, подтверждает декан Факультета международных экономических отношений Финансового университета Павел Селезнев. Комитет по контролю и управлению госимуществом устанавливает жесткие количественные показатели эффективности для руководителей государственных промышленных гигантов. Руководители предприятий обязаны направлять строго фиксированный процент корпоративной выручки на НИОКР. Невыполнение целевых показателей влечет за собой немедленное расторжение контрактов с топ-менеджерами. Помимо этого, в стране есть сочетание налоговых стимулов и прямого финансирования. Основной инструмент — это сверхнормативный вычет расходов на НИОКР. Сейчас он составляет 100%, а в приоритетных отраслях — например, интегральные схемы или полупроводники — до 120%.
В США на федеральном уровне основной инструмент — это налоговый кредит на НИОКР. По словам Абелева, сумма кредита достигает до 20% расходов на НИОКР. Типичный пример такого финансирования — программа, по которой федеральные агентства США обязывают направлять незначительную часть внешнего бюджета на НИОКР малых предприятий — порядка 3–4%.
Низкая доля затрат на НИОКР со стороны российского бизнеса в том числе связана с санкциями и отсутствием кластера крупных технологических компаний, которые конкурировали бы с игроками мирового рынка, добавил Абелев.
